Опера «Гугеноты»

Ныне редко исполняемые «Гугеноты» (1836) — это пышный
музыкально-театральный блокбастер, базовый образец так называемой
большой оперы, которая царила на французской сцене почти столетие. Иные
критики превозносили «Гугенотов» до небес, другие нещадно бранили,
у публики же успех сочинения был стабильным и длительным: до начала
ХХ века оно не сходило с афиш по всему миру, выдержав в одной только
Гранд-опера свыше тысячи представлений. Авторы бестселлера — композитор
Джакомо Мейербер и либреттист Эжен Скриб — вложили в свое творение всё,
что могло бы обеспечить ему популярность, и очень постарались, чтобы
зритель не заскучал. На неспокойном, а в финале — кровавом, историческом
фоне (Религиозные войны XVI века, Варфоломеевская ночь) разворачивается
трагическая история любви протестанта Рауля и католички Валентины.
Опера полна резких контрастов: на сцене то танцы, то баталии, то дворец,
то кладбище, то свадьба, то резня. Сладкозвучное итальянское бельканто
искусно сочетается с благородной французской декламационностью,
вокальные монологи переходят в развернутые ансамбли и грандиозные
массовые сцены. По части хорового письма Мейербер особенно силен; как
никто, он способен создать на сцене иллюзию живой толпы. Хоры Мейербера
настолько легко ложатся на слух, настолько ярки и мелодичны, что
прямо-таки искушают зал подпевать; один из секретов обожания «Гугенотов»
заключается именно в эффекте участия зрителей в водовороте сценических
событий. Ни Вагнер, ни Верди, ни Мусоргский не обошли стороной
мейерберовские находки в области хоровой музыки. Роскошен и оркестр
Мейербера, композитор умел мастерски смешивать краски, не боясь
использовать дерзкие комбинации инструментов и диковинные тембры
(старинная виоль д’амур в романсе Рауля). Объемная, сочная
мейерберовская медь по своей красоте и мощи не отстает от вагнеровской.
Горячим
поклонником «Гугенотов» был Петр Ильич Чайковский, который посещал
спектакли в Париже. Свои впечатления он выразил так: «“Гугеноты” — одна
из прекраснейших опер во всем лирическом репертуаре, и не только
музыканту по профессии, но и всякому сколько-нибудь образованному
дилетанту дорога эта превосходная музыка, с ее удивительнейшей,
первенствующей между всеми произведениями подобного рода, любовной
сценой IV акта, с ее превосходными хорами, с ее полной новизны
и оригинальных приемов инструментовкой, с ее порывисто-страстными
мелодиями, с ее искусной музыкальной характеристикой Марселя, Валентины,
религиозного фанатизма католиков и пассивного мужества гугенотов».
Соглашаясь с авторитетным мнением соотечественника, Мариинский театр
обогащает свой репертуар этим великолепным произведением. Христина Батюшина